Спецхран в библиотеках: возвращение советской практики

На ПМЮФ замминистра культуры Жанна Алексеева сообщила, что в РГБ им. Ленина формируют спецхран — закрытое хранилище для литературы, попавшей в региональные библиотеки из-за рубежа, в том числе через Фонд Сороса (признан нежелательной организацией). «Российская государственная библиотека имени Ленина сегодня ведет такую работу по созданию спецхрана, закрытого хранилища той литературы, которая была представлена на наших исторических территориях и носила деструктивный характер», — цитирует Алексееву РБК.

Библиотекари должны следить за реестром иноагентов Минюста и проверять фонды на наличие их книг. Вся продукция с участием иноагентов приравнивается к маркировке «18+». В общедоступных библиотеках такие издания хранят в отдельном помещении или закрытом шкафу под контролем сотрудника, без доступа для детей. Выдача производится только читателям старше 18 лет и по их запросу.

Журналист «Фонтанки» опросил петербургские библиотеки. В Библиотеке Российской академии наук (БАН) заявили: «Закрытого хранилища в БАН нет и плана по его созданию тоже нет». В Российской национальной библиотеке (РНБ) ответили: «Во всех библиотеках, в том числе в РНБ, есть ограничения на выдачу определенных изданий в соответствии с действующим федеральным законодательством».

Законодательное собрание Петербурга поддержало законопроект, который устанавливает особый порядок обращения с книгами иноагентов. Документ по сути легализует перевод части фондов на закрытое хранение по образцу советского спецхрана. Для городской сети библиотек это означает двойную нагрузку: нужно маркировать и переставлять уже имеющиеся издания в закрытые зоны, а также перестраивать закупки с оглядкой на рекомендательные списки Минкультуры.

Отделы спецфондов в крупных библиотеках возникли на заре советской власти и окончательно ликвидированы в 1990 году приказом Главного управления по охране тайн в печати. Все книги тогда передали в общие фонды. Эти отделы были изолированы, дирекция не вмешивалась в их работу. Наибольшая посещаемость была в Библиотеке имени Ленина в середине 70–80-х годов: ежегодно записывались 3–4 тысячи человек, которым выдавалось около 200 тысяч книг, в основном по общественным наукам.

В спецхране хранились:

Главлит регулярно выпускал «Сводный список книг, подлежащих исключению из библиотек и книготорговой сети». Получив такой том, сотрудники вручную сверяли каталоги. Книгу ждала утилизация или передача в спецхран.

Исследователи отмечают: о существовании спецхрана люди узнавали случайно, когда заказывали книгу и получали отказ. Для доступа требовалось ходатайство с места работы или учебы за подписью руководителя. До 1983 года могла потребоваться подпись секретаря парткома. Историк Ольга Большакова писала: «Если претендент был на плохом счету у начальства, он имел все шансы такой документ не получить, то есть изначально предполагалась определенная «благонадежность» человека».

Литературу выдавали строго в соответствии со служебной деятельностью и по указанной теме исследования. Выносить книги из зала или передавать другим читателям запрещалось. Также было запрещено разглашать «антисоветские и антисоциалистические материалы», содержащиеся в таких книгах.

* Генпрокуратура РФ в 2015 году признала нежелательной деятельность в России фонда «Открытое общество» (Фонд Сороса) и фонда «Содействие».