Любовь Егорова: шесть золотых Олимпиад и драма в Тронхейме

Любовь Егорова родилась 5 мая 1966 года в закрытом городе Северск Томской области, который тогда назывался Томск-7. Девочка росла хрупкой и гибкой, соседи советовали отдать её в балет. Она действительно записалась в хореографический кружок, но педагоги сказали: «Слишком худая, не справляешься с нагрузками». Из балета её отчислили.

Подружка позвала в лыжную секцию. Первый тренер Николай Харитонов заметил у неё характер и пообещал поездку в летний лагерь — это сработало. А в 1980 году по телевизору показывали московскую Олимпиаду, и 14-летняя Люба, заворожённая трансляциями, заявила тренеру: «Я стану олимпийской чемпионкой». Через год она уже была в молодёжной сборной СССР.

В 1986 году Егорова выполнила норматив мастера спорта международного класса, а в 1988-м переехала в Ленинград. Москва тоже звала, но выбрала город на Неве из-за красивых мест и хорошего рельефа. Поначалу отношения с Ленинградом не складывались: спортсменка часто болела, результаты не шли. Всё изменилось после Спартакиады народов СССР подо Львовом, где она выиграла две гонки. «Теперь считаю, что город надо не завоёвывать, а расположить к себе», — говорила она.

В Ленинграде Егорову начал тренировать Николай Лопухов — известный экспериментатор. Он придумывал необычные приспособления: сверлил хоккейные коньки, прикручивал колёсики, оснащал лыжероллеры трещотками. До встречи с Лопуховым спортсменка занимала сотые места на чемпионате страны, а через пару лет стала лучшей в мире.

В 1991 году Егорова завоевала два золота на чемпионате мира в Валь-ди-Фьемме, а в 1992-м поехала на свою первую Олимпиаду в Альбервиль. Накануне ей приснился сон: кто-то невидимый толкает её в спину, и она побеждает. Итог Альбервиля — три золотые медали (10 км, 15 км, эстафета) и два серебра (5 км, марафон). Одну серебряную гонку на 5 км она вспоминает с досадой: тренеры запретили смазывать лыжи, мороз затянул трассу льдом, и на последнем подъёме она проиграла 0,9 секунды.

В 1993 году Егорова выиграла Кубок мира, обойдя Елену Вяльбе. Затем последовала Олимпиада в Лиллехаммере-1994 — всего через два года из-за решения МОК развести зимние и летние Игры. Спортсменка приехала измотанной, но снова взяла три золота и одно серебро. Шесть олимпийских побед — абсолютный рекорд среди российских лыжниц, а по сумме медалей (9) она превзошла конькобежку Лидию Скобликову.

22 апреля 1994 года Борис Ельцин присвоил Егоровой звание Героя России. В том же году она стала почётным гражданином Санкт-Петербурга. В 1995-м она родила сына Виктора и взяла паузу, но вернулась в спорт и к чемпионату мира 1997 года в Тронхейме набрала форму.

26 февраля 1997 года Егорова выиграла классическую «пятёрку», опередив Вяльбе на 2,8 секунды. Через три дня разразился скандал: в допинг-пробе обнаружили бромантан — препарат для восстановления, который легально использовали в сборной, но за полгода до чемпионата его внесли в запрещённый список. Ни врачи, ни спортсменка об этом не знали.

Егорова не стала требовать вскрытия пробы «Б», признала факт приёма и той же ночью молча уехала из Тронхейма, даже не попрощавшись с командой. Золотую медаль аннулировали и передали Вяльбе, а саму Егорову дисквалифицировали на два года. Наутро женской сборной предстояла эстафета при 70 тысячах зрителей, и Вяльбе взяла микрофон, чтобы извиниться перед публикой. Отношения между двумя великими лыжницами после этого рухнули навсегда.

Экс-тренер сборной Юрий Чарковский объяснял: бромантан много лет официально выдавали спортсменам как восстанавливающее средство. У Егоровой осталась одна таблетка, завалявшаяся в чехле с мазями. Сервисмен Александр Воронин видел, как она машинально приняла её перед гонкой. Сама Егорова настаивала: «Если бы я знала, что этот препарат считается допингом, никогда бы не приехала на чемпионат мира».

Отбыв дисквалификацию, Егорова вернулась на лыжню и отобралась на Олимпиаду 2002 года в Солт-Лейк-Сити. В 36 лет она заняла пятое место в гонке на 15 км, отстав от бронзового призёра на пять секунд, и пробилась в финал спринта. В эстафету её не заявили, объяснив, что не попадает в состав. «Полночи я тогда проплакала», — вспоминала она. Наутро российская команда снялась с эстафеты из-за проблем с гемоглобином у Лазутиной и Даниловой и положительного теста на дарбепоэтин.

После Солт-Лейк-Сити Егорова провела ещё один сезон и в 2003 году завершила карьеру. «Я ждала те Игры именно с той мыслью, что они — последние», — говорила она.

Чемпионка не пошла в тренеры, а занялась наукой. Защитила кандидатскую диссертацию по подготовке элитных лыжниц-гонщиц, стала преподавать в НГУ имени Лесгафта, затем заняла пост проректора по спортивной работе. Студенты долго не догадывались, кто перед ними.

Параллельно Егорова строила политическую карьеру. В 2007 году её избрали в Законодательное собрание Петербурга от КПРФ, в 2011-м перешла в «Единую Россию». Смену партии объяснила просто: «Мне без разницы, от кого баллотироваться. Главное — работать для людей». В парламенте курирует спорт, образование и науку.

Она не забывает о физической форме: «Бегаю от 10 до 20 километров». Про лыжи в 2025 году говорила: «Лыжи достала, но они пока стоят. Сейчас уже стало больше тянуть. Но до прошлого года совсем не тянуло — 365 дней в году на сборах, за 20 лет просто устаёшь».

У Егоровой двое сыновей. Старший, Виктор Сысоев, стал футболистом, а затем самым молодым депутатом петербургского Заксобрания. Младший, Алексей, родился в 2006 году, когда чемпионке было 40. Разница в возрасте детей её не смущает: «Со старшим я эту тему обсуждала. Поначалу он был категорически против, но пришлось откровенно поговорить».

В свободное время Егорова гуляет по Синопской набережной и Таврическому саду, ходит в музеи и на лекции. «Я для себя постоянно открываю что-то новое в Петербурге», — признаётся она. Её дед, лётчик Михаил Егоров, защищал Ленинград и пропал без вести — спустя полвека внучка стала почётным гражданином города, который когда-то не хотел её принимать. Сама она говорит: «Спорт учит не опускать руки — вне зависимости от того, взлёт у тебя или падение».