Седьмая симфония: подвиг оркестра в блокадном Ленинграде

Ровно 84 года назад, 9 августа 1942 года, в блокадном Ленинграде прозвучала Седьмая симфония Дмитрия Шостаковича. Этот концерт стал символом несгибаемой воли города: его транслировали по радио и через громкоговорители, и звуки музыки доносились даже до немецких позиций вокруг Ленинграда.

Единственным симфоническим коллективом, который остался в осажденном городе, был оркестр Радиокомитета. Он продолжал выступать всю блокаду, за исключением нескольких месяцев первой, самой тяжелой зимы. К весне 1942-го большинство музыкантов погибли от голода, а выжившие были истощены настолько, что едва передвигались. В городе не было ни отопления, ни электричества, но Ленинградское радио стало для жителей буквально нитью жизни, поэтому горисполком решил возродить оркестр.

Главный дирижер Карл Элиасберг в то время находился в больнице для дистрофиков в гостинице «Астория». Относительно здоровых музыкантов освободили от тяжелых работ, некоторых вернули с фронта. Первая репетиция состоялась 30 марта 1942 года в малой студии Радиокомитета: собралось около 40 человек, но играть они могли лишь 40 минут. Репетиции проходили с перерывами на отдых и воздушные тревоги. Однажды артист упал в обморок, и все решили, что он умер, но Элиасберг, подойдя, воскликнул: «Да ведь он дышит!»

«Свет давали только на несколько часов. Во время репетиции, чтобы не замерзнуть, я надевал теплое белье, шапку и митенки на руки. Наши товарищи, выходя из дома на репетицию, зачастую падали по дороге без сознания», — вспоминал дирижер, которого на репетиции привозили на саночках. Несмотря ни на что, 5 апреля 1942 года оркестр дал первый концерт, а вскоре возникла идея исполнить Седьмую симфонию Шостаковича.

Композитор написал симфонию в Ленинграде и эвакуации, премьера в Москве уже состоялась. Ольга Берггольц рассказывала ленинградцам по радио: «Это о нас, это о сентябрьских днях Ленинграда, полных гнева и вызова. Мы готовы на все испытания, которые еще ожидают нас, готовы во имя торжества жизни. Об этом торжестве свидетельствует Ленинградская симфония, произведение мирового звучания, созданное в нашем осажденном, голодающем, лишенном света и тепла городе».

Партитуру доставили в Ленинград специальным самолетом в начале июля 1942 года. Когда Элиасберг раскрыл четыре тетради, стало ясно: сил оркестра, особенно медной группы, не хватает. По распоряжению властей и командования фронта с передовой отозвали музыкантов-военнослужащих. Первая общая репетиция состоялась 28 июля. Элиасберг требовал от оркестрантов невероятной дисциплины и силы духа.

Флейтистка Галина Лелюхина вспоминала: «Если Элиасберг замечал, что я на репетициях плачу, он сердился, говорил: „Все мы переживаем, что это еще за слезы!“. Он нам слабинки не давал никакой. Он, конечно, тоже мерз, приходил в ватнике, в пальто — не поймешь в чем. Руки его мерзли, а ведь надо было дирижировать. <…> Играть было очень трудно, потому что музыка сама по себе трудная. Особенно трудно было нам, духовикам. Не хватало дыхания».

9 августа 1942 года Большой зал филармонии был полон. Ленинградцы пришли в лучших, но сильно великих платьях и костюмах. Музыканты, шатаясь от голода, думали только о том, как оправдать доверие слушателей. Писатель Александр Фадеев, присутствовавший на концерте, был поражен зрителями: «И только симфония началась, — писал он, — лица всех сидящих в зале преобразились. Из будничных, обремененных суровыми тяготами и заботами, они, эти изможденные лица, стали очень ясными, открытыми и простыми».

В середине концерта загрохотали орудия: это артиллеристы начали секретную операцию «Шквал», чтобы подавить вражеский огонь. Ни зрители, ни музыканты о ней не знали, но никто не пошевелился. Когда музыка смолкла, в зале стояла тишина, а затем разразились аплодисменты.

Память о подвиге музыкантов хранят в Доме Радио, где проходили репетиции, и в Санкт-Петербургской филармонии. На фасаде Большого зала установлена мемориальная доска, в Музыкальной библиотеке сохранились «Блокадная» книга программ, афиши и автографы участников. Седьмая симфония и сегодня звучит в исполнении двух филармонических оркестров, в том числе Академического симфонического оркестра — наследника того самого оркестра Радиокомитета.

В 2022 году филармония отметила 80-летие блокадной премьеры проектом «Партитура памяти», а в 2025-м Седьмая симфония прозвучала в рамках тура Заслуженного коллектива России по городам Китая: для китайской стороны было важно, что музыку исполняет оркестр, связанный с Шостаковичем.

25 сентября, в день рождения композитора, филармония при поддержке ВТБ откроет новый сезон. Заслуженный коллектив России под управлением Николая Алексеева исполнит Пятнадцатую симфонию Шостаковича. Сезон посвящен 120-летию со дня рождения композитора: к этой дате выпускается абонемент «DSCH — код Шостаковича» с полным циклом инструментальных концертов, а в фойе Большого зала откроется выставка «Филармония Шостаковича. Гений места».

«Имя Дмитрия Шостаковича — это часть музыкального кода филармонии, — говорит заместитель директора Петербургской филармонии Евгений Петровский. — Музыка великого композитора больше столетия постоянно звучит в наших стенах в исполнении лучших оркестров, солистов и дирижеров, мы убеждены, что нигде в мире она не звучит так, как здесь».

Дом Радио на Итальянской улице стал домом для musicAeterna, а ВТБ начал проект его реставрации. Здесь бережно сохраняют следы блокадной эпохи — подлинные интерьеры и детали, помнящие репетиции. Основой будущей жизни этих стен станет музыка — от симфонической классики до экспериментальных проектов, а также театральные и кинопоказы, фонотека, лекции и экскурсии.

Подробности создания и исполнения Седьмой симфонии в годы войны описаны в книге Юлии Кантор «Ленинградская симфония. Партитура памяти».