Ересь доцента Косачевской

Дело доцента ЛГУ Евдокии Косачевской, отказавшейся предать мужа, и её жизнь после лагерей. История, которая связана с «Севкабель Портом».

15 августа, 2026, 09:43

В Василеостровском райкоме ВКП(б), где сейчас размещается таможня, 9 февраля 1950 года разбирали дело доцента кафедры истории СССР ЛГУ Евдокии Марковны Косачевской 1906 года рождения.

Евдокия Косачевская. Суровая, но это после освобождения. Видно — была красавицей.
Источник:
Санкт-Петербургский государственный университет

К началу войны она преподавала в Ленинградском университете. В блокаду создала госпиталь на истфаке, читала раненым лекции. В 1943 году защитила диссертацию, а в «лютый год» вышла её книга «Песнь о Жданове» со строкой: «С тобой не сломишь Ленинграда, с тобой он все переживет!»

Дарственная надпись — Игорю Фраянову. Он был бессменным деканом исторического факультета с 1982-го по 2001 год. Снят с должности благодаря критике Бориса Ельцина в книге «Погружение в бездну». Стал ультраконсерватором, призывающим убрать из Третьяковки картину Репина «Иван Грозный и сын его Иван» как очерняющую скрепы.
Источник:
«Фонтанка.ру»

Суть обвинений, изложенных в архивных документах КПСС: «Косачевская находилась в близких отношениях с бывшим ректором Университета Вознесенским А.А., которого считала своим мужем. …Не замечала его антипартийную практику и засорение Университета политически ненадежными людьми». Особо подчёркивалось, что она знала о противопоставлении Ленинградского университета Московскому.

Историк Гессен приводит слова Косачевской до ареста Вознесенского: «Что ты унываешь? Ну, снимут тебя с работы, исключат из партии. Мы уедем в Сибирь. Будем преподавать в школе — я историю, ты литературу».

После ареста мужа Косачевская, в отличие от многих, не стала его изобличать. На заседании партбюро она заявила, что верит в ошибку следствия. Это вызвало гнев: «При разборе дела на заседании партбюро и на партийном собрании Косачевская заявила, что до последнего времени верит в то, что арест Вознесенского — роковая ошибка и что он не виноват».

Ей вменили и помощь сыновьям репрессированного: «Установлено, что уже после ареста Вознесенского она поддерживала связь с его взрослыми сыновьями и оказывала им материальную поддержку». А также неучастие в разоблачении «врагов народа» Рейхардта, Розенфельда, Штейна, Гуковского.

Косачевская «просит оставить её членом ВКП(б)» — это сочли верхом ереси. Её исключили из партии за потерю политической бдительности и непартийное поведение.

В декабре 1950 года «тройка» при МГБ осудила её по статье 58-1 на восемь лет лагерей. Освободилась она в 1953-м, после смерти Сталина. Год проработала в Ашхабадском университете, затем вернулась в ЛГУ доцентом.

В 1968 году историка Юрия Марголиса КГБ привлекло свидетелем по делу об антисоветской агитации его коллеги. Марголис отказался давать показания, и Косачевская голосовала против его исключения из КПСС. Обоих уволили. Они дружили до смерти.

В ноябрьской газете «Удар по врагу» за 1941 год Косачевская писала о Суворове, заканчивая пророчески: «С особенной силой звучат теперь бессмертные суворовские слова: „Да, мы — русские, мы все одолеем“».

Создатель «Севкабель Порта» Александр Вознесенский — внук репрессированного ректора ЛГУ. Его отец Эрнест также отбыл срок. В конце 1980-х Александр учился в Ленинградском финансово-экономическом институте имени деда, где кафедрой финансов заведовал его отец.

Автор нашёл книгу Косачевской с автографом (научный редактор — Юрий Марголис) и планирует передать её Александру Вознесенскому.

Читайте также