«Это будет сказываться на мне теперь всегда»: Бутягин вернулся в Эрмитаж

1 мая Александр Бутягин прибыл в Петербург. Сразу с поезда он оказался в окружении журналистов, которые дежурили в ожидании его возвращения. В первый рабочий день в Государственном Эрмитаже для археолога организовали встречу в Зале совета с участием сотрудников музея и прессы.

Директор Эрмитажа Михаил Пиотровский выступил с приветственной речью. Он заметил, что нападки на музей — это «всегда „веселее“, чем напасть на что-то другое», но санкции являются «знаком качества». Пиотровский также отметил, что все знали о возбужденном уголовном деле, а потому «следовало быть осторожным».

Бутягин признался, что у него было нехорошее предчувствие, но билеты уже куплены и отказываться не стал: «Если б я, конечно, посмотрел перед этим польское телевидение… туда не надо было соваться». Он выразил благодарность за поддержку на всех уровнях, в том числе от президента, и отметил, что реакция европейских коллег могла бы быть «посерьёзнее».

В заключении археолог занимался физическими упражнениями, писал научные заметки и повторял мантру: «За тебя сражаются, не отчаивайся — верь и держись». Он привез пачку исписанных листов, которые планирует постепенно перенести в электронный вид.

За это время «польский сильно продвинулся», но свободно говорить на нём он не научился, хотя отдельные слова выучил. Его соседом по камере был пожилой поляк, отлично говоривший по-английски и знавший русский. С ним Бутягин обсуждал философию, этику и археологические тексты: «Это, конечно, была большая удача, потому что я привык разговаривать, дискутировать». Библиотека в тюрьме оказалась скудной — приносили болгарскую книгу и словари, поэтому играли в карты. «Я, наверное, с пионерского лагеря столько в карты не играл», — шутил учёный. В шашки он обыграл всех сокамерников.

Условия содержания были стандартными, обращение уважительным, голодом не морили. Однако постоянное нахождение в 16-метровой комнате с тремя мужчинами «сдавливает». По словам Бутягина, этот опыт «заставил меня очень о многом подумать от абсолютно бытовых моментов до больших и философских» и «будет сказываться на мне теперь всегда».

После возвращения домой Бутягин обнял жену, попил чаю и погладил кота Ксенофонта (древнегреческий писатель и историк). «Он признал меня сразу», — рассказал археолог, отметив, что кот со временем привык ездить с ним в экспедиции.

В планах — вернуть изъятое имущество: компьютер и ноутбук с эрмитажным диском. Также Бутягин рассчитывает получить открытый лист и продолжить руководство Мирмекийской экспедицией. Он напомнил, что присутствие археологов охраняет памятник: «Когда экспедиция перестаёт работать, памятник разрушается намного быстрее… туда приходят чёрные копатели».