Евро достиг 100 рублей: причины и последствия

27 августа евро впервые с марта превысил психологически значимый уровень в 100 рублей. На рынке Forex европейская валюта кратковременно поднималась до 100,08 рубля, доллар приближался к 86 рублям, а юань на Московской бирже достигал примерно 12,8 рубля.

Официальный курс, установленный Банком России на следующий день, составил 100,30 рубля за евро, что на 2 рубля 1 копейку выше предыдущего значения. За август динамика также впечатляет: 1 августа официальный курс евро составлял 91,1925 рубля, то есть за месяц валюта подорожала почти на 8%.

Важно отметить, что биржевые торги долларом и евро на Московской бирже приостановлены с лета 2024 года, поэтому основные сделки проходят на внебиржевом рынке. С 8 июня 2026 года ЦБ изменил методику расчета официального курса евро, определяя его через внебиржевой курс доллара к рублю и курс евро к доллару Европейского центрального банка. Причина — низкие обороты прямой пары евро/рубль. Таким образом, отметка в 100 рублей на Forex и официальный курс ЦБ — не одно и то же.

По словам Александра Джиоева, руководителя группы макроэкономики и фондового рынка УК «Альфа-Капитал», ключевая причина текущей волатильности рубля — временный дисбаланс валютных потоков. На динамику курса влияют как фундаментальные факторы (профицит счета текущих операций, соотношение инфляции в России и мире в рамках паритета покупательной способности), так и нерыночные, например, норма обязательной продажи валютной выручки и сложности в финансовой логистике.

Наталья Мильчакова, ведущий аналитик Freedom Global, считает этот рост ожидаемым: евро начал укрепляться к рублю еще в июле, и теперь плавно подошел к 100 рублям. Среди факторов она выделяет нестабильный геополитический фон и ожидания повышения процентных ставок ЕЦБ в сентябре. Вопрос повышения ставок уже обсуждался на июльском заседании Европейского центробанка, о чем свидетельствует опубликованный протокол.

Ослабление рубля продолжается уже несколько дней. Участники рынка связывают это с ухудшением геополитической обстановки, ростом спроса на валюту со стороны импортеров, покупками в рамках бюджетного правила и снижением нефтяных котировок. В августе добавился сезон отпусков, когда увеличивается спрос на наличную валюту, включая евро.

Банк России в июле объяснял ослабление рубля ухудшением условий внешней торговли и необычным поведением отдельных крупных участников рынка, обычно выступающих продавцами валюты.

Для государственных финансов важнее не столько отметка в 100 рублей за евро, сколько курс доллара и рублевая цена экспортируемой нефти и газа. Механика проста: при цене барреля 60 долларов и курсе 80 рублей за доллар выручка составит 4800 рублей, а при курсе 90 — уже 5400 рублей.

Глава Минфина Антон Силуанов весной отмечал, что для бюджета главное — чтобы рублевая цена доходов от реализации углеводородов была близка к плановым значениям. По итогам января — июля 2026 года нефтегазовые доходы составили 4,595 трлн рублей, что на 16,8% меньше, чем годом ранее. На год запланировано 8,919 трлн рублей таких поступлений.

Дефицит федерального бюджета за семь месяцев достиг 6,455 трлн рублей (2,8% ВВП). Доходы составили 22,112 трлн, расходы — 28,567 трлн рублей. План на весь 2026 год предусматривает дефицит в 3,786 трлн рублей, хотя Силуанов уже заявил, что он «несколько возрастет». Минфин объясняет высокий промежуточный дефицит опережающим финансированием расходов.

Ослабление рубля дает бюджету передышку: каждый полученный экспортерами доллар превращается в большее количество рублей. Однако первоначальный прогноз на 2026 год предполагал среднегодовой курс около 92,2 рубля за доллар, а весной Минэкономразвития улучшило его до 81,5 рубля. Нынешние 85–86 рублей — заметно слабее майских ожиданий, но крепче первоначального курса.

На ПМЭФ Силуанов признавал, что для экспортеров рубль «не совсем комфортен», но подчеркивал необходимость учитывать интересы населения, для которого крепкая валюта означает более доступный импорт.

Зампред ЦБ Алексей Заботкин в июле назвал представление о пользе слабого рубля для казны «ошибочным, глубоко ошибочным мифом». По его словам, в моменте бюджет получает больше рублей от валютных доходов, но затем ослабление переносится в цены: дорожают импортные товары и оборудование, что увеличивает расходы на индексацию выплат и госзакупок. На длинном горизонте дополнительные инфляционные расходы могут перекрыть первоначальный выигрыш.

Глава ЦБ Эльвира Набиуллина в июне, когда рубль был крепче, отмечала, что укрепление нацвалюты помогало замедлению инфляции. Теперь этот фактор работает в обратную сторону. В июле годовая инфляция составила 5,98%, а Банк России повысил прогноз на 2026 год до 6–7%. Ключевая ставка — 14%, и давление со стороны курса ограничивает возможности для ее снижения.

Аналитик Freedom Global Владимир Чернов в июне считал «более комфортным для бюджета курс ближе к 85–90 рублям за доллар», но отмечал, что такой курс лишь частично компенсирует недобор доходов и не решает проблему дефицита.

Нынешний доллар около 86 рублей находится примерно в этом диапазоне, тогда как евро по 100 рублей — скорее яркий индикатор отхода рубля от весенних максимумов. Стоимость евро зависит и от поведения самой европейской валюты на мировом рынке.

Для бюджета важнее сочетание курса доллара, цен и дисконта российской нефти, объемов экспорта, нефтегазовых налогов и инфляции. Слабый рубль дает Минфину больше рублей сегодня, но часть выигрыша может потребоваться потратить завтра.

Александр Джиоев считает, что на краткосрочном горизонте более заметное влияние на курс оказывают нерыночные факторы, которые малопрогнозируемы. На длительном горизонте возрастает роль фундаментальных факторов, которые сейчас говорят в пользу устойчивости рубля, поэтому текущую волатильность он считает временной.

Наталья Мильчакова ожидает, что тренд на ослабление может продолжиться до конца года. Евро выглядит перекупленным, поэтому может откатиться к 95–96 рублям, но к концу года возможно достижение 102–104 рублей, если ЕЦБ повысит ставки и внешние факторы не будут способствовать укреплению рубля.