Как знаменитости учились в школе: истории звезд

В новом учебном году школьники со 2 по 9 класс в отдельных учебных заведениях начнут получать оценки за поведение. Пилотный проект охватит по десять школ в каждом регионе, и Санкт-Петербург не стал исключением. О том, какую систему оценок введут и какие критерии будут учитывать, пока известно немного, но уже сейчас можно вспомнить, как вели себя на уроках известные люди, добившиеся успеха в разных сферах.

Сергей Боярский, депутат Госдумы, признался, что отметки за поведение получал только в младших классах. Тогда он был прилежным учеником, и учителя ставили ему «отлично» или «хорошо». Однако позже такую практику отменили. В старших классах будущий политик, как и многие его сверстники, позволял себе прогуливать занятия.

«Родителей в школу вызывали пару раз. Обычно ходила мама. Сейчас уже точно не помню, но скорей всего, за прогулы — в старших классах мы старались свинтить с последних уроков или на первые опаздывали», — поделился воспоминаниями Боярский.

Сложнее всего ему давалась химия: уже на третьем занятии он понял, что формулы ему неподвластны. С дневником тоже было неспокойно: парламентарий вспоминает, как пытался удалять страницы и исправлять оценки бритвой, но это было непросто. Вместе с одноклассниками они ходили в медпункт с заранее нагретыми на лампе градусниками, чтобы показать температуру выше нормы. Он утверждает, что шалости были безобидными, буллинга не было, а обстановка оставалась доброжелательной.

Экс-хоккеист СКА и сборной России Максим Сушинский признается, что в школе его поведение оставляло желать лучшего. Отметки за поведение ему не ставили, но могли снижать оценки за знания из-за дисциплины. «Пробежал по коридору, выключил свет, отвлёкся на уроке, записку девочке передал», — перечисляет он свои провинности. По его мнению, оценивать поведение отдельно от знаний нельзя, а саму идею такой оценки он назвал «беспределом». Спортсмен считает, что учёба должна быть о знаниях, а не о поведении, и сомневается в объективности шкалы поведения:

«Учеба — это про знания, а не про поведение. Люди разные бывают. Мальчики в школе, сами знаете, любят похулиганить. Но как это связано с их знаниями? И как вообще определить степень поведения — на тройку, четвёрку, пятёрку или двойку? Что это за шкала такая? Вот, например, если двое подрались: один не хотел драться, а второй хотел. Кому двойку поставят — обоим?»

Субъективные оценки пугают его и в спорте, например, в фигурном катании или гимнастике. Он опасается, что и новая система школьных оценок будет субъективной.

Совладелец УК «Теорема» Игорь Водопьянов, учившийся в спорт-классе, вспоминает, что у них была заслуженный учитель СССР Майя Борисовна Пильдес, которая могла громко кричать на класс. Особенно запомнился случай с учителем физики, мастером спорта по боксу, который выбросил из класса провинившегося ученика. «Что, теперь будем учить физику?» — спросил он после этого. Наказывали школьников в основном через тренеров, которые призывали их не забывать про учёбу.

Кирилл Поляков, ныне вице-губернатор Санкт-Петербурга, в школе учился прилежно. Он даже специально позвонил маме, чтобы уточнить, ругали ли его когда-нибудь. Мама ответила, что никогда. Сам Поляков говорит, что за поведение тогда ставили «неуд», «уд» или «хор», но он всегда получал только положительные отметки.

Основательница Wildberries Татьяна Ким признается, что была идеальной ученицей. Она всегда была собрана и ответственна, а «четверка» могла стать для неё поводом для переживаний. Особенно ей нравились литература, русский и английский языки. «Я буквально жила книгами, много читала классику и научную фантастику, что помогло развить во мне усидчивость, воображение, внимание к слову и тексту», — делится Ким. Школьные качества — дисциплина, любовь к учёбе и умение работать с информацией — пригодились ей в предпринимательстве.

У директора Александринского театра Александра Малича поведение в школе было беспокойным. Оценок тогда не было, но родителей часто вызывали. Одну фразу учителя он запомнил на всю жизнь: «Ваш сын — жук, он на вас сядет и ноги свесит!». К нему даже применяли такие выражения, как «психологическая несовместимость». Малич признается, что часто шутил на уроках, за что его выгоняли из класса. Но при этом он активно занимался общественной работой и имел хорошие отношения с учителями.

Правила он, по собственному признанию, ломал всегда. «Если знал, что есть правило, то я должен был доказать, почему это правило несостоятельно, и потом его нарушить. А потом ещё и системно объяснить, почему я это делаю».

Максим Соколов, президент АО «АвтоВАЗ» и бывший вице-губернатор Петербурга, был отличником. За 10 лет учебы у него было всего одно замечание в дневнике, и то он его не помнит. «И за поведение, и за учебные предметы в школе были только отличные оценки. Если и проказничал, то не попадался».

Футболисты «Зенита» рассказали о своих школьных проделках. Вячеслав Караваев вспоминает, что ему приходилось тайком брать в столовой чай и пирожки, потому что карманных денег не всегда давали. Игорь Дивеев однажды так торопился на урок, что влетел в дверь, которая перед ним открылась, и в результате оказался в больнице. В целом он оценивает свое поведение как среднее.

Вратарь Даниил Одоевский как-то поссорился с отцом одноклассника. По его словам, это была «не драка, а разборка», которая закончилась мирно. Он призывает школьников вести себя хорошо, иначе они «будут сидеть дома», пока другие играют в Краснодаре.

Защитник Роман Вега учился в Аргентине, где оценок за поведение не ставят. Если бы они были, он, по собственным словам, получил бы самые низкие баллы. В школе он постоянно дрался и конфликтовал, маму вызывали к директору очень часто. Его старший брат, наоборот, был образцовым учеником, а Роман на его фоне выглядел хулиганом:

«Я вообще был таким сорвиголовой: никого не слушался, был очень драчливым. При этом в целом школа мне нравилась, просто я очень легко мог вспылить и начать какой-нибудь конфликт».

Совладелец сети «Теремок» Виталий Свидовский рассказал, что был «крепким середнячком», любил математику, физику, химию, историю и географию, но не ладил с русским и литературой. Энергии в нем было много, и у него всегда было свое мнение, поэтому его часто ругали за поведение:

«Получал и двойки, и замечания в дневнике, иногда в школу вызывали родителей. Сейчас я, конечно, стал гораздо правильнее. По крайней мере, мне так кажется».

Уполномоченная по правам человека в России Яна Лантратова в школе была прилежной ученицей и старостой класса. Она с детства была перфекционисткой и девочкой с синдромом отличницы. Оценки за поведение у неё были только хорошими, потому что она всегда старалась учиться и никогда не доставляла хлопот родителям.

Режиссер Валерия Гай Германика школу не любила и училась плохо. Вспоминая те годы, она говорит, что учителя писали ей гадости в дневнике, например: «курила в мужском туалете». Она обещала маме курить только в женском. Недавно она пришла с детьми на школьную линейку в форме с фартуком, с собакой и шампанским, подчеркнув, что пришла «на своих правилах».

Александр Мышинский, совладелец сети «Реалъ», пошел в школу ровно 50 лет назад, когда ему было шесть лет. Его отец работал в этой школе учителем труда, поэтому его родители не могли не знать о его проделках. Оценок за поведение тогда не было, но хулиганили все, однако без злости и подлости. С одноклассниками он общается до сих пор.

Депутат Госдумы Николай Валуев, известный боксер, в школьные годы занимался баскетболом и даже стал чемпионом России среди юношей. Проблем с дисциплиной у него, судя по всему, не было. На вопрос о поведении он лаконично ответил: «У меня не было проблем».

С 1 сентября этого года в Петербурге оценку за поведение будут получать ученики следующих школ:

Оценивать будут по трехуровневой шкале: образцовое, допустимое и недопустимое поведение. Учителя учтут соблюдение правил школы, внешний вид ученика, общение со сверстниками, проявление агрессии и склонность к хулиганству, воровству или вандализму.