Тайны шведского квартала Петербурга

До середины XIX века квартал в самом центре Петербурга называли финскими шхерами. Историк и краевед Полина Светозарова объяснила, как эта территория превратилась в шведский анклав, а затем стала символом европейской культуры города.

Территория от канала Грибоедова до Большой Конюшенной и от Шведского переулка до Невского проспекта известна как шведский квартал. Первыми здесь поселились шведы, перебравшиеся после разрушения Ниена, и финны из окрестных деревень. Пастор лютеранской общины Яков Майделин, служивший в Ниене, остался с прихожанами в Петербурге. Бывших жителей Ниена ценили как каменщиков, поскольку русские мастера работали в основном с деревом. Финны, в основном крестьяне, занимались сельским трудом.

Усадьба Майделина находилась примерно на месте нынешней шведской церкви святой Екатерины, так как единственная лютеранская церковь была далеко, на Петроградской стороне. В 1704 году за казённый счёт для пленных шведов построили церковь, их уговаривали принять российское подданство. «Гражданские» ходили в дом пастора, — уточняет Светозарова.

В 1734 году императрица Анна Иоанновна подарила шведско-финской общине землю между Малой и Большой Конюшенными, где возвели первую деревянную церковь во имя святой Анны. Она была общей, но недолго.

В лютеранских церквях служба идёт на языке паствы. По утрам в 6:00 её проводили для финнов, в 9:00 — для шведов. Шведам, городским жителям, это было удобно, а финнам-крестьянам приходилось добираться до города, что их не устраивало. Начались внутренние дрязги, общины разделились.

Финны в 1745 году построили деревянную церковь на Большой Конюшенной, где она стоит и сейчас, фактически вплотную к шведской. Фасад церкви святой Марии ориентирован на Неву, а вход в шведскую церковь — со стороны Шведского переулка, проложенного для подхода к каменной церкви 1767 года. Екатерина II пожертвовала на строительство 7 тысяч рублей, храм освятили в честь святой Екатерины Александрийской.

Каменную церковь святой Марии проектировал Паульсон, ученик Фельтена. Её освятили в день рождения Александра I, 12 декабря 1805 года, и назвали в честь его матери, вдовствующей императрицы Марии Фёдоровны.

Шведы были богаче финнов. Среди знати были потомки первых жителей и промышленники, приехавшие после открытия паромного сообщения с Хельсинки. При Александре II решили строить новую шведскую церковь, средства внесли граф Адольф Армфельт и император (5 тысяч рублей). Проект заказали Карлу Андерсону, затем главным архитектором стал Фёдор Лидваль. Андерсон также спроектировал розовое здание приходской школы, где позже размещалось шведское консульство.

В школе не было сословных делений — учились вместе дети ремесленников и знати. Здесь получали начальное образование юные Нобели и Фёдор Лидваль. К середине XIX века среди прихожан не осталось рабочих. Семьи первых шведов уже разбогатели или приехали из промышленных кругов. Карл Фаберже, хоть и считался ремесленником, к рабочему классу не относился.

На мессы в шведский храм приходила семья Нобелей, Фёдор Лидваль, Карл Фаберже; здесь венчался Густав Маннергейм. Инкогнито приезжали шведские короли, о чём напоминают мемориальные доски.

В советское время церковь превратили в спортшколу: построили перекрытие на высоте 2–2,5 метра, разделив здание на два этажа. Сейчас проводятся службы и концерты, орган — электронный.

Праздник святой Люсии 13 декабря проходит невероятно красиво — с традиционными гимнами и костюмами при свечах.

Нобели — знаменитые меценаты России. Эммануил Нобель с семьёй приехали в Петербург в 1836 году, но после Крымской войны обанкротились. Бизнес возродили сыновья. Альфред с отцом уехали в Швецию работать над взрывчатыми веществами, старшие братья остались. Роберт нашёл месторождение бакинской нефти, и механический завод превратился в корпорацию, вытеснившую «Стандарт Ойл».

Нобели купили особняк Горчакова напротив церкви святой Екатерины, на другой стороне канала Грибоедова. Лидваль перестроил его под администрацию «БраНобель» — первое офисное здание России. На фасаде и в интерьере — барельефы на античные и зороастрийские темы, ведь Роберт нашёл нефть у храма зороастрийцев, который изображали на акциях.

Три крайних окна справа на втором этаже — кабинет Людвига Нобеля, сохранённый с интерьерами: шкафы, стол из зелёного сукна. Здание одним из первых оснастили лифтами Otis, которые работают до сих пор. Парадная лестница и витражи Лидваля сохранились. Посторонним вход закрыт.

Место выбрали не случайно: это был развивающийся центр, где банки вытесняли особняки. Окна выходили на доходный дом церкви и на саму церковь, куда ходили братья Нобели. Когда Людвига отпевали, впервые в церкви звучала русская речь — текст панихиды дублировали для множества горожан.

В 1889 году Императорское русское техническое общество учредило первую «нобелевскую премию» в память о Людвиге, не путать с международной премией Альфреда.

Лидваль построил доходный дом при шведской церкви на Малой Конюшенной, 1–3 — она зарабатывала арендой. Здание часто снимают в фильмах как Копенгаген или Стокгольм. Проект 1903 года, построено в 1905-м. Лидваль заложил идею многофункционального дома.

Национальный романтизм из Скандинавии требовал обозначать назначение здания в архитектуре. Появились большие окна для света и витрин. В церковном доме запланировали два магазина, выше — дорогие квартиры на 3–4 этажах, мансарда дешевле. Динамика от тяжёлого низа к лёгкому верху.

Стиль сочетает финско-шведский национальный романтизм и северный модерн: грубая штукатурка, необработанный гранит, башенки шведского замка, будто на скале.

Церковь святой Марии отреставрирована как главный лютеранский собор. Внутри широкие балконы по всему периметру — участок был ограничен, а храм мог вместить до 4 000 человек. Сейчас балконы используют как библиотеку и место для музыкальных инструментов.

Здесь установлен орган, созданный по технологии мастеров Баха. «Великий композитор слышал музыку именно так», — говорит Светозарова. На концерты вход по пожертвованиям. Иконостаса нет — его никогда не было в протестантских храмах, а иконы передали в музеи.

Постепенно квартал стал «европейским»: появились французская церковь и Петрикирхе. Немецкоговорящие общины, голландцы, швейцарцы и французы — привилегированное сословие, интеллектуалы. Реформаторская французская церковь — в здании с легендарной пышечной, башенка — колокольня. Французы-католики ходили в костёл на Невском, поэтому церковь небольшая.

На месте кондитерской Вольфа и Беранже был французский ресторан «Альбер», любимый у французов и шведов. Северное благотворительное общество с 1907 года поддерживало грантами молодых художников и учёных из шведско-финской общины.

Пётр I задумывал Петербург как европейскую столицу, и квартал отражает эту цель — смешение культур сохраняется более 300 лет.