Затерянный Петербург: сад Шанхая и остров обезьян

В начале 2000-х между домами № 15 и № 17 на Литейном проспекте располагался пустырь. К 300-летию Петербурга его решили превратить в необычный подарок городу.

Инициатива пришла из Шанхая. В 2003 году 19 китайских мастеров разбили здесь сад в классическом китайском стиле. Материалы для оформления тоже доставили из Китая. Проект представлял собой уменьшенную копию знаменитого шанхайского сада Юй Юань — «Сада радости». На площади чуть более 2000 квадратных метров разместился настоящий китайский пейзаж.

В центре появилась Пагода Дружбы — место для чайных церемоний и медитации. У входа установили двух каменных львов-стражей, рядом возвели Стену девяти драконов. В глубине сада обустроили зеленую галерею, каменный мостик и небольшой искусственный пруд с фонтаном.

Особая деталь — камни тай-ху-ши, привезенные с озера Тайху в Китае. В традиционных китайских садах такие камни ценят за необычные формы: они должны напоминать миниатюрные горные пейзажи. Вместе с водой, растениями и архитектурой они создают ощущение маленького китайского мира посреди Петербурга.

Весной добавляется еще одна неожиданная деталь — японская сакура. Дерево растет здесь с момента создания сада и на несколько дней во время цветения превращает небольшой участок на Литейном в одну из самых фотографируемых точек центра города.

Так пустырь стал фрагментом Шанхая: китайские львы охраняют пагоду, драконы смотрят со стены, камни приехали с Тайху, а японская сакура каждую весну собирает толпы фотографов.

Сегодня на Елагином острове трудно представить что-то экзотичнее белки, которая слишком уверенно выпрашивает орех. Но в 1990–2000-е годы на небольшом островке в дельте Невы неподалеку от Елагина острова жили обезьяны из Ленинградского зоопарка.

Это был не аттракцион, а научный эксперимент приматолога Леонида Фирсова. В 1972 году он уже проводил подобные исследования на острове озера Ущо в Псковской области. Ученые наблюдали, как шимпанзе, привыкшие к человеку, будут вести себя в условиях, максимально приближенных к природным: самостоятельно искать пищу, осваивать территорию и выстраивать отношения внутри группы.

В Петербурге эксперимент стартовал весной 1994 года. Обезьян выпускали на огороженную территорию островка и следили за их поведением. Животные сами находили пищу — растения, насекомых и другую мелкую живность, а сотрудники зоопарка и ученые вели наблюдение.

Однако вскоре выяснилось, что следить придется не только за обезьянами. Петербуржцы начали подплывать к острову на лодках и катамаранах, фотографировать животных и, несмотря на предупреждения, пытаться их кормить. Некоторые обезьяны быстро оценили преимущества соседства с человеком.

Особую известность получил макак-лапундер по кличке Тарас. По словам сотрудников Ленинградского зоопарка, он вместе с другими обезьянами мог нападать на подплывавших людей и отбирать у них вещи. Среди добычи оказывались документы, деньги и телефоны.

В 2004 году на остров высадили пять свинохвостых макак-лапундеров. Следующим летом их сменили павианы. Они тоже удивили ученых: заходили в воду, мыли хвосты и промывали фрукты перед едой.

После смерти Леонида Фирсова в 2006 году эксперимент не прекратился сразу — обезьян привозили сюда еще в 2007-м. После этого проект завершился.

Сегодня от обезьяньего острова практически ничего не осталось. Только фотографии, газетные публикации и довольно невероятный факт из недавней истории Петербурга.

Современный Петербург не всегда выглядел так привычно, как сегодня. Некоторые его самые необычные детали исчезли, оставив после себя только фотографии и воспоминания.