Выставка исинской керамики в Эрмитаже раскрывает секреты

Экспозиция исинской керамики в Арапском зале Эрмитажа представляет собой не просто собрание чайников, а глубокий рассказ об образе жизни, торговых связях, гастрономии и политике.

Всего на выставке представлено 90 предметов, сгруппированных по технике декора. Многие из них впервые вводятся в научный обиход, поскольку Эрмитаж ранее не выставлял свои чайники в постоянной экспозиции. Кроме главного музея, в проекте участвуют Государственный музей Востока, Кунсткамера и Музей истории религии.

Самые старые экспонаты происходят из коллекции музея-заповедника «Петергоф», собранной еще Петром I. Эти чайники хранились в Монплезире. Среди них встречаются квадратные формы, например, чайник периода Канси (1662–1722) с маркой на дне: «В облаках одинокий гусь».

Чайники из Исина часто являются авторскими работами, созданными по заказу ученых и литераторов. Поэтому на них наносили не только клейма, но и отрывки литературных произведений, тексты о чаепитии, а также исторические и мифологические сюжеты, призванные вдохновлять беседы.

Яркий пример — эрмитажный чайник конца XVIII — начала XIX века с надписью: «Пей много чая, и мысль будет ясна». Предмет с бронзовой ручкой имеет идеально гладкую, лощеную поверхность, напоминающую глазурь. Куратор Татьяна Арапова отметила, что мастерское лощение выполняли в Таиланде, куда чайники отправляли из Китая, а затем возвращали обратно, что подтверждают находки с затонувших кораблей.

Отдельная витрина привлекает внимание необычным декором: здесь чайники будто «обросли» грибами, чьи шляпки служат крышками, а рядом рассыпаны орехи и лежат каменные «усы».

«Это чайнички и сосуды для стола ученого, то есть человека, который использует тушь, и для этого обязательно нужна вода, — объясняет куратор Лидия Поточкина. — Здесь у нас очень красивый сосуд в форме персика для полоскания кисти, и рельефная косточка — не только для красоты, но и для того, чтобы лучше от ворсинок кисти отчищалась тушь. А чайничек, у которого малюсенький носик, — это капельница, потому что в Китае тушь сухая, и ее нужно растирать о специальный камень и потом по капельке разбавлять, добиваясь необходимой насыщенности тона».

Декорирование предметов косточками и плодами символизирует пожелание богатого урожая, что было актуально при дарении или во время чайной церемонии. Некоторые элементы, например, плод водяного ореха чилима с «усами», могут быть незнакомы европейскому зрителю.

Чайники на выставке отличаются разнообразием форм: есть экземпляры, напоминающие тибетские сосуды для буддийских церемоний, или чайник-пенек. Однако большинство из них имеют небольшой размер, что связано с особенностями китайской чайной традиции.

«Смысл заключается в любовании предметами, в созерцании, это особая медитативная практика, которая контрастирует с привычной нам чайной традицией, где крупные чашки чая, очень много угощений, — говорит Лидия Поточкина. — Здесь, вы видите, маленькие чайнички, потому что дело не в количестве напитка, а в том, какой аромат у каждого сорта чая, насколько он насыщенный. Конечно, это совсем не тот чай, который пьем мы, а какие-нибудь хорошие высокогорные, дорогие сорта. Вот видели, какие маленькие чашечки? Небольшой глоточек уже способен сделать ваш пульс активнее, тонизировать, лицо покраснеет».

Особый интерес к керамике Исина, расположенного в 150 километрах от Шанхая на берегу озера Тайху, обусловлен уникальным составом местной глины.

«У керамики есть особенность: она водопроницаема, — поясняет Лидия Поточкина. — И обычно это нивелируется глазурью, чтобы не было просачиваемости, а в данном случае достаточно незначительного лощения: вы проводите специальным инструментом, затирая с внешней стороны поры, но внутри эти поры не затерты. И когда вы наливаете в чайник отвар, стеночки изнутри пропитываются эфирными маслами чая. Поэтому для каждого чайника использовали только один сорт чая. Их никогда не мыли, потому что чем дольше вы завариваете в нём чай, тем насыщеннее, ароматнее становится напиток. И лет через 10–20 можно уже залить просто кипяток, и у вас будет чайный напиток. Поэтому именно глины в окрестностях озера Тайху, в районе Исина, настолько легендарны».

В истории исинской керамики был мрачный период: во время опиумных войн XIX века ее использовали для изготовления предметов, связанных с употреблением наркотических веществ. На выставке эту тему иллюстрируют экспонаты из Кунсткамеры, подобные которым редко встречаются даже в китайских музеях.

Эрмитаж не специализировался на коллекционировании исинской керамики, самые поздние предметы в его собрании датируются XVIII веком. Современные чайники из коллекции Марии Захаровой, относящиеся к XX–XXI векам, демонстрируют продолжение традиции.

«Для меня лично в ходе собирательства интерес представляла не ценность с точки зрения произведения искусства или мастерства автора — я в большей степени фокусировалась на том, чтобы эти чайники были репрезентативными, чтобы в них сочетались различные виды жанров китайского искусства — и каллиграфия, и живопись, и искусство печати», — рассказала коллекционер.

Захарова, детство и стажировка которой прошли в Китае, вспоминает, как приобретала чайники у местных торговцев, которые делились историями каждого предмета. Особое впечатление на нее произвела поездка в Исин, где она увидела процесс создания керамики и то, как мастера без сожаления уничтожали изделия, не соответствующие высоким стандартам.

Выставка в Эрмитаже будет открыта для посетителей до 31 мая.