Снимки Софьи Толстой: выставка в «Росфото»

В залах дворового корпуса «Росфото» созданы прохладные условия, необходимые для сохранности исторических снимков. Здесь представлены оригиналы и репродукции фотографий из московского Музея-заповедника Л. Н. Толстого. Среди экспонатов — альбом «Из жизни Л. Н. Толстого. Снимки исключительно гр. С. А. Толстой», изданный в 1911 году, а также копия светского платья Софьи Андреевны и фотоаппарат «Kodak» из Ясной Поляны.

Софья Толстая, жена писателя, не только управляла хозяйством и растила детей, но и серьёзно увлекалась фотографией. Она снимала на стеклянные пластины, отказавшись переходить на плёнку, и самостоятельно проявляла снимки, не имея специально оборудованного помещения.

Выставку открывает дневниковая запись Софьи Андреевны 1887 года: «Когда я была молода, очень молода, ещё до замужества, я помню, что стремилась всей душой к тому благу — самоотречения полнейшего и жизни для других, стремилась даже к аскетизму. Но судьба послала мне семью — я жила для неё, и вдруг теперь я должна признаться, что это было что-то не то, что это не была жизнь. Додумаюсь ли я когда до этого?»

Отец Софьи Андреевны, кремлёвский гоф-медик Андрей Берс, в юности познакомил её с фотографом Кукули, который обучил её азам мастерства. Те ранние работы не сохранились.

В 1887 году, в возрасте сорока трёх лет, Толстая купила дорожную камеру «Kodak» и вернулась к забытому хобби. Как отмечает куратор выставки, старший научный сотрудник музея-заповедника Олеся Волосевич, в зрелые годы Софья Андреевна жила скорее самореализацией, чем самоотречением.

Смерть младшего сына Ванечки в 1895 году стала переломным моментом. «Она говорит: я хочу снимать места, которые любил Ванечка. У неё была сильная потребность отвлечься, обратиться к своей творческой натуре», — поясняет Волосевич.

Толстая использовала стеклянные пластины форматом 13 на 18 сантиметров, не перейдя на плёнку. Проявлять снимки она могла лишь в чуланчике под лестницей в Ясной Поляне. В московском доме в Хамовниках не было даже такого помещения, к тому же зимой и осенью света было мало, поэтому московских фотографий меньше. Иногда она консультировалась с профессионалами, например, с Альбертом Меем из фирмы «Шерер, Набгольц и Ко», но в основном работала самостоятельно.

На выставке много снимков яснополянского быта: варка варенья, макросъёмка земляники. Софья Андреевна демонстрировала тонкое чувство композиции и баланс между репортажём и постановкой.

Особую ценность имеют её репортажные кадры. Лев Толстой не любил фотографироваться, но позволял жене запечатлевать себя в естественных ситуациях. Именно она сняла писателя, катающегося на велосипеде и на коньках. «За ним „охотились“ многие фотографы, но такие кадры сняла именно Софья Андреевна», — говорит куратор.

В 1880-е годы между супругами началось расхождение во взглядах. «У Льва Николаевича случился духовный поворот, за которым Софья Андреевна не смогла в полной мере последовать. Она считала, что для детей и внуков нужны деньги — не какие-то огромные суммы, но достаточные, чтобы не волноваться за них», — объясняет Волосевич. Толстой хотел бесплатно распространять свои произведения, написанные после 1882 года, а Софья Андреевна издавала его ранние работы для обеспечения семьи, в которой было восемь детей, доживших до взрослого возраста.

Софья Толстая запечатлела многих знаменитых современников, гостивших в Ясной Поляне: Илью Репина, Антона Чехова, пианиста Сергея Танеева, критика Владимира Стасова, пианистку Ванду Ландовска и адвоката Анатолия Кони, чья практика вдохновила «Воскресение».

Олеся Волосевич выделяет снимок Толстого с Репиным: «Оказываясь в Ясной Поляне, Илья Ефимович старался зафиксировать каждый момент жизни Толстого, — говорит она. — И именно он в итоге создал „мемы“, которые живут в массовой культуре: Толстой-пахарь, босой Толстой».

Сергей Танеев несколько летних сезонов жил в усадьбе. «Он помог Софье Андреевне залечить душевную рану после потери Ванечки, — продолжает куратор. — Танеев сыграл сложную роль в семье, потому что Софья Андреевна в него немного платонически влюбилась. Это не могло не вызывать неприятных чувств у Льва Николаевича».

Фотография с Чеховым сделана в Крыму в 1901 году, когда Толстой болел брюшным тифом и воспалением лёгких. Крымский свет вдохновлял Софью Андреевну на съёмки улиц, крымских татар и архитектуры.

Отдельная серия — ежегодные снимки «свадебного дня», которые Толстая делала 23 сентября, начиная с 1895 года. На фотографии 1910 года, сделанной незадолго до ухода писателя из дома, она позже написала: «Не удержать».

После смерти Льва Толстого в 1910 году и до 1919 года Софья Андреевна почти не фотографировала. Сохранились лишь отдельные снимки могилы и внуков.

Коллекция из примерно тысячи фотографий позволяет проследить историю семьи Толстых, отражает культурный контекст рубежа XIX–XX веков и раскрывает личность самой Софьи Андреевны — энергичной и творческой женщины.