Скончался основатель театра «Особняк» Дмитрий Поднозов

Дмитрий Поднозов родился в 1961 году в Ленинграде. Он принадлежал к поколению дворников, сторожей и кочегаров, которые предпочитали физическую работу несвободе творчества. Окончив институт в 1984 году, Поднозов успел поработать в театрах Советска и Пскова, а затем устроился дворником, вынашивая мечту о собственном театре.

Помещение для театра появилось необычным образом. Поднозов так хорошо убирал свою территорию, что перед одним из официальных праздников его пригласили «в красный уголок» и вручили букет и грамоту. «Красным уголком» оказался маленький флигель с высокими окнами во дворе Петроградской стороны, где собиралось домоуправление и ветераны. Ветераны полюбили дворника Митю и сначала разрешили репетировать, а затем и вовсе отдали помещение под театр.

Официально театр «Особняк» был создан в 1989 году тремя актёрами — Поднозовым, Игорем Лариным и Тамарой Крехно. Однако именно Поднозов определял стратегию и приглашал режиссёров. Он стал едва ли не единственным артистом, который одновременно являлся хозяином театра. «Мы не были за рубежом, и вообще не понимали, как может жить маленький театр», — вспоминал он в документальном фильме «Петербургские театры», снятом с московским режиссёром Ириной Волковой.

На рубеже веков Поднозов созвал учредительный съезд Союза правых театров. Во дворе «Особняка» 24 часа кряду играли спектакли по текстам абсурдистов и концептуалистов. Скульптор Михаил Курнаков ваял в чаше фонтана памятник союзу — нечто абстрактное, устремлённое ввысь. В 23:00 тёплой июльской белой ночи (ровно 26 лет назад) обновлённый фонтан ожил и забил. Поднозов радовался как ребёнок, а на вопрос «что будет дальше?» ответил: «А дальше из сводной афиши театров города исчезнет театр „Особняк“, а на его месте появится Союз правых театров. Наша питерская площадка — это при верной организации и есть прямая дорога к зрителю». Статья об этом событии вышла под заголовком «Альтернатива этим правым не левые, а неправые».

Название нового театрального союза перекликалось с политическим «Союзом правых сил». Поднозов не был политиком, но идея привлечь внимание законодателей к независимым театрам сработала. Однако время политической свободы закончилось, оба союза распались, и «Особняк» стал существовать на средства, которые Поднозов зарабатывал съёмками в сериалах.

Политика в спектакли не допускалась. Театр для Поднозова был коридором в другое измерение. Он подружился с московским Театром.doc, первым поставив в Петербурге современную драму — тексты Михаила Угарова, которые фиксировали экзистенциальную тревогу. Поднозов выбирал авторов, оставляющих пространство для интуиции: абсурдистские тексты ставили Владимир Михельсон и Юлия Панина, произведения Павича, Ницше, Джойса, Лао Цзы — Алексей Слюсарчук, Кастанеду — Алексей Янковский, сказки для взрослых — Яна Тумина. Все они были людьми «одной группы крови», ищущими «активную сторону бесконечности».

«Особняк» занял нишу эзотерического театра без пафоса и дешёвой мистики. Поднозов делился собственными открытиями, идя по пути, предначертанному, по его словам, «Самым Главным Боссом». Гуманистическая ирония позволяла зрителям посмотреть на себя со стороны и работать со страхами. В спектакле «Активная сторона бесконечности» Поднозов начинал словами: «Сейчас сюда придет человек, он маг». На сцене появлялся Александр Лыков, и их дуэт превращал тексты Клима, помноженные на Кастанеду, в «езду в незнаемое» на «американских горках». Запись спектакля существует в интернете.

В спектакле «Лексикон» по «Хазарскому словарю» Павича Поднозов объявлял: «Мы рады вам сообщить, что сегодня в зале находится выдающийся сербский писатель Милорад Павич. …По одной версии, он театр терпеть не может». Он рассказывал историю хазарского народа, жаря перед зрителями рыбу по хазарскому рецепту, и ощущение присутствия Павича не исчезало. Театральная мысль позже осмыслила, что Поднозов обладал квантовым мышлением, создавая театр, где Павич мог быть одновременно в России и Сербии.

С Поднозовым связана мистическая история. Спектакль «Лексикон» номинировали на «Золотую маску», но для перевозки требовалось пропитать сценическое покрытие противопожарным раствором. Пришедшие пожарные обработали покрытие и оставили сохнуть, но услышали крики со двора: горела квартира на четвёртом этаже, на подоконнике стояла девушка. Поднозов и компания схватили покрытие и успели поймать 16-летнюю погорелицу. Девушка выжила. Это произошло через два часа после того, как Поднозов объявил о работе над спектаклем «Кроткая» — в финале повести Достоевского 16-летняя жена ростовщика совершает тот же шаг с противоположным исходом.

«Кроткая» в постановке Юлии Паниной стала одним из мощнейших экспериментов начала века. Технические возможности театра были ничтожны, поэтому использовалось кино. «Достоевский — он же тяжеловес. У него в „Кроткой“ вот это страдальческое наматывание кишок, которое я не люблю», — говорил Поднозов. Он сплавил Достоевского с Дэвидом Линчем («Шоссе в никуда»). Рецензия назвала спектакль «гибридом повести Достоевского и фильма Линча»: Поднозов на сцене менял цвет глаз, резонировал в образе живого трупа и ел овсянку так, что хотелось закричать, а на экране истекал кровью и таял в зеркале.

Всё, что делал Поднозов, было про свободу. Он остался последним в стране рыцарем свободы 90-х. Актер никогда не ставил спектакли сам, но выговаривал себе пространство для импровизации, не разрушая структуру. Спектакль «Король умирает» по Ионеско в постановке Алексея Слюсарчука шёл почти два десятилетия до последнего дня Поднозова. Через 40 минут после начала он объявлял антракт — не для зрителей, а для себя. Снимал вязаную мантию и в чёрной футболке говорил о страхе смерти, опираясь на научные факты.

Поднозов начинал разговор с интервью Карла Густава Юнга, который на вопрос о вере в Бога ответил не «я верю», а «я знаю». Просил зрителей, имевших такой же опыт, поднять руки — в зале на 70 человек поднималось не менее 10. Затем рассказывал о шаманских ритуалах инициации, стимулирующих выход души из тела. В финале цитировал физика, который на субатомном уровне воспринял грузовик как ничто. «И совершенно неважно, существовал ли этот физик на самом деле или это была очередная мистификация», — замечали зрители. В этом игровом антракте актёр существовал в формате стендапа, говоря о вещах, для этого жанра не предназначенных.

Дмитрий Поднозов был счастливым человеком. Последние два десятилетия он строил «Особняк» вместе с женой, актрисой Алисой Олейник, ставшей директором театра. Она нередко выходила с ним на сцену, в том числе в «Король умирает». Театр, потеряв отца, не осиротел окончательно — он продолжится. И Митя это знал.