Эрмитаж стал общеизвестным товарным знаком для защиты от подражаний

Государственный Эрмитаж получил статус общеизвестного товарного знака. Соответствующее решение Роспатент вынес в июне 2026 года. Датой возникновения знака определено 19 октября 1964 года — день, когда музей был награжден орденом Ленина. Подробности этого события музей раскрыл 29 июля.

Процедура получения нового статуса заняла полтора года. Он упрощает защиту Эрмитажем своего имени от недобросовестного коммерческого использования. Ранее аналогичный статус в России получила Государственная Третьяковская галерея.

Патентный поверенный РФ Виктор Станковский, партнер и директор Санкт-Петербургского филиала «Городисский и Партнеры», пояснил значение статуса: «Наличие этого статуса юридически закрепляет, что Эрмитаж никому ничего не должен доказывать. Во-первых, это статус бессрочный, он выдаётся навсегда. А самое главное, что, в отличие от обычного товарного знака, общеизвестный товарный знак распространяется на неограниченные товары и услуги, то есть кто бы ни пытался мимикрировать под Эрмитаж, что бы он ни пытался видоизменять — не «такой» Эрмитаж, а «другой» Эрмитаж, — теперь это всё практически не подлежит доказыванию. Достаточно просто «поймать» такие нерадивые музеи, гостиницы, ещё какие-то организации, которые пытаются жить с именем Эрмитажа».

Начальник юридической службы Эрмитажа Марина Цыгулева подчеркнула, что музей вправе требовать аннулирования регистрации: «Это защита как ретроспективная (то есть всё, что было сделано без нашего согласия, может быть аннулировано), так и на перспективу — то есть любая наша инициатива уже заранее охраняется товарным знаком».

Хотя общеизвестным товарным знаком признано словосочетание «Государственный Эрмитаж», юристы разъяснили, что музей сможет защитить себя и от использования одного слова «Эрмитаж» — в том числе в интернете: при дублировании сайтов, нелегальном размещении коллекций или продаже билетов. Слово «государственный» не является охраняемым элементом, а законодательство по интеллектуальной собственности защищает не только прямое совпадение, но и «сходство до степени смешения».

Эрмитаж может разрешать использовать своё имя. Например, московский сад «Эрмитаж» получил от Михаила Пиотровского письмо-согласие, так как он называется так исторически. Кроме того, музей и раньше заключал лицензионные договоры на использование товарных знаков в определённых классах — это распространённая мировая практика (так поступают Лувр и Британский музей). В Эрмитаже подчеркнули: эта система — не политическая и не полицейская, а инструмент судебной борьбы за интеллигентное использование имени «Эрмитаж».

Следующим этапом защиты уже всех музеев в правовом поле, по мнению Михаила Пиотровского, должно стать внесение в законодательство поправок, позволяющих использовать слово «музей» в названиях только организациям, действительно соответствующим этому статусу.

Как глава Союза музеев России, Пиотровский добавил: «Во Франции есть понятие, что может называться «музеем» — там есть целый свод условий, и это официальный статус, который надо получить: он даёт право на государственную поддержку, но при этом налагает ряд обязательств. У нас сотни и тысячи учреждений называются «музеями» — магазинчики, лавки и всё остальное. Определений тоже очень много. Есть определение Международного союза музеев — очень спорное. Есть многие другие. Есть, например, принцип Союза музеев России: в него может вступить только учреждение, у которого есть музейные фонды. Если нет фондов, то это не музей».