Почему Wildberries заморозил выплаты продавцам

Маркетплейс Wildberries увеличил срок выплат продавцам до одного месяца. Ранее деньги поступали на счета селлеров в течение двух недель.

При обороте в 1 млн рублей около 200 тыс. рублей оказываются замороженными, что создает для площадки беспроцентный кредит. В конечном итоге дополнительные издержки могут привести к росту цен, уходу мелких брендов и увеличению доли контрафакта.

В пресс-службе Wildberries подтвердили изменения, отметив, что срок вывода средств достиг стандартного рыночного уровня. «Сам срок увеличился на 2 недели и сейчас доходит до стандартного рыночного уровня», — заявили там.

Для продавцов это означает, что деньги за проданный товар задерживаются, в то время как необходимо платить за аренду складов, закупать новые партии и выплачивать зарплаты.

Получить средства раньше срока можно, заплатив комиссию в размере 4,3% от суммы продажи. Однако некоторые селлеры жалуются, что даже эта опция не гарантирует своевременных выплат.

«Самое хамское — даже те, кто платит за ускоренный вывод через опции, свои деньги не получают. Мы платим процент, чтобы вывести свои же заработанные средства, и всё равно сидим без денег. Это издевательство», — делится продавец Андрей.

Глава ГК INFOLine Иван Федяков отмечает, что аналогичные правила уже давно действуют на «Озоне» и в «Яндекс.Маркете». «Удивительно, что WB так долго соображал», — говорит он.

По сути, маркетплейс удвоил беспроцентный кредит, который продавцы выдают компании. «Отсрочка платежа — это беспроцентный кредит, который селлер дает маркетплейсу. И это очень, очень выгодная для площадки ситуация, особенно сейчас, когда ставки по коммерческим кредитам составляют от 18 до 25%», — объясняет Федяков.

Член экспертного совета при комитете Госдумы РФ по защите конкуренции Дмитрий Тортев указывает, что ранее замораживались только средства за непроданный товар, теперь же задерживается и сама выплата.

По его словам, при обороте в 1 млн рублей около 200 тыс. рублей остаются «замороженными». Это приводит к кассовым разрывам у бизнесов без финансовой подушки.

Продавец Сергей отмечает, что компании с маржинальностью ниже 10% сразу попадают в кассовый разрыв. Другие селлеры подтверждают, что увеличение сроков выплат ухудшило их положение.

«Конечно, нам пришлось резко изменить систему работы, нужно было скорректировать планы по поступлению денег. Фактически WB влезает мне в карман и прокручивает у себя мои деньги не две недели, а четыре», — говорит руководитель одной из компаний-селлеров Сергей.

«У нашей компании возникли кассовые разрывы. Мы должны платить налоги за первый квартал до 28 апреля. А деньги придут только 20 апреля. Приходится брать кредиты под 30–40% годовых, потому что WB заморозил наши средства», — добавляет Андрей, руководитель компании-продавца.

Юристы видят в этом системную проблему. «Селлер рассчитывает, что раз в неделю получит деньги. На этом завязаны производственные цепочки, оплата поставщиков, реклама. Задержка в две недели для мелких продавцов — это невозможность закупить новую партию», — объясняет управляющий партнер ЮК «Бугров и Партнеры» Сергей Соловьев.

По оценкам Соловьева, под ударом оказываются 30–40% всех селлеров на Wildberries. Это те, у кого нет финансовой подушки и сверхвысокой наценки.

Иван Федяков полагает, что с маркетплейсов могут уйти эффективные компании со своим производством, оригинальными товарами и наценкой менее чем 100%.

«А те, кто торгует контрафактом, имеет наценку 100–300% и может ждать месяц, — наоборот, расцветут», — прогнозирует эксперт.

Такая ситуация ведет к деградации ассортимента, считает Федяков.

В конечном счете дополнительные издержки продавцов перекладываются на потребителей. Чтобы оставаться на площадке, селлеры вынуждены закладывать в цены дополнительные расходы.

Эксперты выделяют три основных фактора, которые увеличат стоимость товаров:

Дмитрий Тортев отмечает, что комиссии на Ozon в некоторых категориях к апрелю 2026 года могут достигать 70% от выручки. «WB следует той же логике, просто другим способом», — говорит он.

Продавцы вынуждены включать в стоимость товара не только комиссии и логистику, но и риски, связанные с задержками выплат.

Сергей Соловьев добавляет, что введение лимитов по НДС также сказывается на ценах. «В товарной сфере «купи-продай» или «создай-продай» очень быстро эти лимиты набирают и платят дополнительный налог. Это всё сказывается на цене», — объясняет он.

В результате, например, свитер стоимостью 1,5 тыс. рублей может подорожать до 2 тыс. рублей. Уже сейчас офлайн-магазины часто предлагают товары дешевле, чем на маркетплейсах.

«Корм для собаки я покупаю на WB, на Ozon и в обычном магазине. В последнее время вживую бывает дешевле на 20–30%», — приводит пример Сергей Соловьев.

Покупатели также рискуют остаться без заказа, если продавцы начнут сворачивать свою деятельность на площадке. «Компании из группы риска не смогут исполнять обязательства перед покупателями. Маркетплейсы перекладывают проблемы с отказниками на селлеров: человек отказался от товара — комиссию платит продавец, но этих денег он не видит. Их забирает WB. Мелкий селлер начнет сворачивать магазин. А требования покупателя уходят в никуда — либо превращаются в дополнительные долги», — предупреждает Соловьев.

Под угрозой не только мелкие, но и средние с крупные продавцы. «У средних и крупных завязаны производственные цепочки. Договоры на крупные партии, пошив одежды. Надо платить поставщикам — а денег нет. Влетают в неустойки, берут кредиты. В прошлом году у меня было несколько предпринимателей: кассовый разрыв на два-три месяца довел их до банкротства», — говорит юрист.

Аналитики считают, что маркетплейсы вынуждены увеличивать прибыль за счет продавцов, поскольку возможности привлечения инвесторов через IPO или продажу бизнеса сократились.

«Заработать на перепродаже бизнеса и привлечении акционеров не получается. Сильно давить на потребителя они не могут, чтобы тот не сбежал. Значит, можно давить на селлеров, которые находятся почти в полной зависимости от маркетплейсов и терпят все это. Либо уходят с площадок или переходят в сегмент высокомаржинальных продуктов или контрафакта», — заключает Иван Федяков.

Дмитрий Тортев называет происходящее «закручиванием гаек». По его словам, маркетплейс получает огромный пул бесплатных денег, которыми может распоряжаться.

Wildberries и Ozon владеют собственными банками и заинтересованы в использовании средств продавцов по нулевой ставке.

На практике площадка создает искусственную проблему, которую предлагает решить за деньги. Услуга досрочного вывода 1 млн рублей обходится в 43 тыс. рублей, что превращает задержку платежа в дополнительный источник дохода.

Эти средства направляются на инвестиции. Группа RWB (Wildberries и Russ) в 2025 году инвестировала в развитие более 310 млрд рублей — в склады, логистику, покупку новых бизнесов, таких как «Ситимобил», «Таксовичкоф» и «Грузовичкоф» за 3–8 млрд рублей.

По итогам 2025 года оборот Wildberries превысил 6,1 трлн рублей, что на 49% больше, чем годом ранее. Чистая прибыль компании составила 175 млрд рублей.

«Они завоевали рынок и теперь диктуют условия селлерам. А платит за всё конечный потребитель», — добавляет Сергей Соловьев.

При этом Федеральная антимонопольная служба не реагирует на кратные увеличения комиссий и ухудшение условий для продавцов, отмечает Тортев.

Согласно опросам, 30% селлеров готовы снизить цены, если комиссии уменьшатся хотя бы на 1%. Однако пока комиссии растут, цены также будут увеличиваться. Многие продавцы уже ушли с платформ насовсем или перешли в собственные каналы сбыта.