Платформенная экономика ломает старые товарно-денежные отношения

В современной экономике центральную роль играет внимание клиента, ради которого компании формируют целые экосистемы вокруг специальных платформ. Маркетплейсы обзаводятся собственными платёжными системами, банки — операторами связи, а системы подписок объединяют такси, кино, доставку и другие сервисы в одном месте.

Как отметил Виктор Ефимов, доктор экономических наук, вице-президент ЭСВУ БРИКС, сегодня технологии меняются быстрее, чем сменяются поколения. Банковская система, которая раньше связывала производителей и потребителей, становится менее востребованной, поскольку платформы позволяют сторонам находить друг друга напрямую.

«Один из моих учеников в Нижнем Новгороде разработал бартерную маркетплейс-платформу, которая работает вообще без денег. Схема та же самая, что была в кооперативах, где нет денег, а есть паи. На платформу вносишь свой товар и говоришь, какой нужен в ответ, а ИИ все рассчитывает и выдаёт нужный вариант. То есть банки, проценты, инфляция перестают играть в этом роль», — привёл пример эксперт.

По его словам, мир финансового капитала сталкивается с миром цифрового, где новые миллиардеры создают состояния на цифровых решениях. Платформа представляет собой новую экономическую парадигму, смещающую фокус с продуктовой на транзакционную модель. «Здесь главный уже не тот, кто оказывает услуги или продаёт товар, а тот, кто организует транзакции», — пояснил Ефимов.

Александр Марусей, продакт-менеджер группы компаний «Синтека», связал рост платформ и экосистем с борьбой за внимание пользователя. С увеличением числа компаний привлечь его становится сложнее.

«Исходя из этого, бизнесу, на мой взгляд, довольно разумно идти в сторону экосистемы. Потому что когда ты занимаешься каким-то единичным продуктом или услугой, ты, во-первых, ограничиваешь себя в аудитории, а во-вторых, следующий продукт будет сложнее делать, если он оторван от первого», — сказал он.

Марусей добавил, что подписки и единая авторизация в экосистеме создают удобство, которое ценится потребителями. Отдельные сервисы, предлагающие что-то одно, сегодня уже практически не конкурентоспособны.

Дмитрий Панов, депутат петербургского Заксобрания, председатель Санкт-Петербургского отделения «Деловой России», отметил, что мощный импульс цифровой трансформации дала пандемия. Именно тогда удалённая работа и онлайн-сервисы, такие как стриминговые платформы, стали новой нормой, а традиционные кинотеатры начали терять популярность.

Александр Матвеев, директор управления по цифровому развитию клиентов Северо-Западного банка Сбербанка, заявил: «Будущее не за набором лучших программ, а за бесшовной экосистемой, где сервисы дополняют друг друга». Этот тренд охватывает весь рынок — от промышленности до ритейла.

Согласно данным СберАналитики и Сбер Бизнес Софт, искусственный интеллект уже активно применяется в российском бизнесе:

• 70% компаний используют ИИ для документооборота и обработки заявок;
• 55% — для бухгалтерии и финансового учёта;
• 34% — для HR и стратегического планирования;
• 30% — для поддержки клиентов;
• 25% — для продаж и маркетинга.

42% крупных промышленных предприятий уже внедрили или планируют внедрить генеративный ИИ для управления производством, ещё 29% рассматривают его для проектирования и исследований.

В качестве примера успешной интеграции Александр Марусей привёл строительную отрасль, где разрозненные процессы — закупки, учёт материалов, документооборот — объединяются в единую платформу, что значительно повышает управляемость.

Виктор Ефимов напомнил о теории тектологии Александра Богданова, согласно которой грамотная организация повышает эффективность системы. Он подчеркнул, что в современном мире внимание формируется через соответствие культуре, и бизнес должен быть полезен обществу, а не только извлекать прибыль.

Дмитрий Панов указал на изменения в конкурентной среде. В сегменте FMCG цены на маркетплейсах зачастую оказываются ниже, чем оптовые закупочные цены у традиционных предпринимателей. Банки же сталкиваются с тем, что платформы развивают собственные платёжные сервисы, минуя классическую банковскую инфраструктуру.

По словам Панова, отсутствие затрат на физические магазины и содержание товарных запасов позволяет цифровым платформам предлагать более низкие цены, что увеличивает их популярность.

Александр Марусей предостерег компании от самостоятельного создания платформ, если это не их основная деятельность. Часто такие попытки приводят к напрасной трате ресурсов. Гораздо эффективнее обратиться к внешним специалистам.

Он также отметил, что в цифровой сфере нет готовых раз и навсегда решений — технологии, нормативы и требования постоянно обновляются. Поэтому модель подписки становится оптимальной, обеспечивая постоянную актуальность продукта.

Дмитрий Панов констатировал, что Россия постепенно становится цифровым «трендсеттером», но для закрепления в этой роли необходима дальнейшая разработка критически важного программного обеспечения и повышение цифровой культуры среди предпринимателей.

Александр Матвеев отметил, что компании стоят перед выбором: строить цифровой фундамент на decades вперёд или оставаться в парадигме точечных решений. Платформенный подход даёт управляемость и скорость, а системный пересмотр процессов с учётом ИИ может улучшить ключевые показатели более чем на 15%.

Марусей выразил мнение, что на государственном уровне должна появиться система, связывающая разрозненные бизнес-элементы, аналогично порталу «Госуслуги». Это ускорит обмен данными и создаст «центральную шину».

Виктор Ефимов в заключение рассказал о проекте «Экосистема созидания», который объединяет социологию, философию, экономику и другие дисциплины. По его мнению, у России есть возможность предложить альтернативную модель развития, основанную на гармонии общих и частных интересов, где успех системы зависит от положительного результата её деятельности.